Святейший Патриарх Кирилл: «Человек не должен оставаться безразличным к бедности других»

Святейший Патриарх Московский и всея Руси Кирилл дал интервью изданию «Коммерсант», приуроченное к проведению 18-21 июня 2025 года Петербургского международного экономического форума «Общие ценности — основа роста в многополярном мире».

— Социальные инвестиции, этика, справедливость — эти понятия чаще всего воспринимаются как антитеза эффективности бизнес-процессов. Принято считать, что быть нравственным в экономике невыгодно. Вы согласны с такой постановкой вопроса?

— Убежден, что это ложное противопоставление. Бизнес и экономика — это не явления параллельной реальности, это те общественные отношения, которые складываются между людьми, а не между обезличенными механизмами, производящими прибыль, перед ценностью которой якобы меркнет потребность людей в нравственных нормах и справедливости.

Собственно говоря, за тезисом «нравственным в экономике быть невыгодно» кроется лукавство. Выгодность того или иного предприятия определяется не только спросом и предложением, но и законодательством. А законодательство опирается на нравственность, на опыт, благодаря которому человечество развивается и выживает. Как бы выгодно ни было продавать наркотики, это, во-первых, безнравственно, а во-вторых, незаконно. Впрочем, в последние годы элитам в ряде стран удалось добиться легализации наркотиков. Думаю, там это вполне рентабельная, эффективная экономическая отрасль. Просто если какая-то критическая масса людей в обществе станет наркоманами, то ни экономики, ни бизнеса, ни, наверное, человеческого вида не будет вообще.

Эффективная экономика создает такие условия жизни для людей, которые позволяют обществу сохраниться и развиваться, причем не только экономически и научно, но культурно и, не побоюсь сказать, духовно. А эти условия не могут не иметь нравственного измерения.

— Не окажутся ли бизнесмены, игнорирующие мораль и нравственность, в более выигрышной позиции?

— Возьмем близкую для вас сферу медиа. Есть тактическая эффективность. Например, развлекательные программы обеспечивают высокий рейтинг телевизионному каналу. Каналы конкурируют между собой, увеличивая градус развлекательности. Якобы такой выбор вектора развития СМИ диктует необходимость продажи рекламы. Многие СМИ используют в качестве инструмента интерес зрителей к экстрасенсорике. Результат — кратное увеличение рынка эзотерических услуг. То есть варваризация, отупение части зрителей.

Выиграли ли СМИ от этих сиюминутных рейтингов? В конечном счете нет, ведь они за несколько десятилетий потеряли часть своей аудитории — думающих людей, которые не хотят смотреть ведьм. Они ушли в другие сегменты медиа, прежде всего в социальные сети. И сегодня эта потеря ценной, социально и политически активной аудитории уже, скорее всего, невосполнима. Поэтому цель перехватить аудиторию, играя на страхах, невежестве и инстинктах, себя не оправдывает.

Или, например, здоровье нации. После распада СССР водку можно было купить в любое время. Повсеместно стояли также игровые автоматы и казино. Слава Богу, наше общество доросло до того, чтобы понять, что такая «экономическая эффективность» нам не нужна. И между прочим, традиционные религиозные общины сообща возвышали свой голос против подобных явлений. В крупных городах, парках сейчас множество спортивных площадок, открываются спортивные секции. Приносят ли они такую прибыль, как водочные ларьки? Точно нет, но в конечном счете инвестиции в здоровый образ жизни себя окупят.

Несомненно, многое еще предстоит сделать. Мы переживаем строительный бум, строятся целые кварталы высотной застройки. Это приносит огромные прибыли девелоперам. Но есть один нюанс. Городское жилье, особенно в крупных городах, стоит неподъемно дорого. Массово продаются квартиры-студии, рассчитанные на одного-двух человек максимум. Из открытых источников можно узнать, что доля трехкомнатных квартир, то есть пригодных для семей с двумя-тремя детьми, составляет около 10% в новостройках и имеет тенденцию к сокращению. Сопоставьте это с низким коэффициентом рождаемости — и придете к выводу, что эффективность и рентабельность подобных строек не связываются с ростом населения. Позвольте высказать мнение, что для того, чтобы численность населения росла, необходимо горизонтальное развитие территорий, потому что крупные города были и остаются реципиентами населения, неспособными обеспечить его воспроизводство.

И такие примеры, подтверждающие важность и эффективность нравственно обоснованных инвестиций, можно продолжать практически по всем сегментам социально-экономической жизни.

— Может ли такой морально ориентированный подход сочетаться с реалиями современного общества, основанного на принципах свободного рынка?

— У этого подхода есть евангельские корни. Вспомним известную притчу о неразумном богаче, который собрал большой урожай и решил, что душа его «может покоиться, есть, пить и веселиться». Господь же говорит ему: «Безумный! в сию ночь душу твою возьмут у тебя; кому же достанется то, что ты заготовил? Так бывает с тем, кто собирает сокровища для себя, а не в Бога богатеет» (Лк. 12:21). Как богатеть «в Бога»? Хотя бы так, чтобы богатство не становилось идолом, предметом единственной надежды человека, мерой всех вещей. Известные мыслители в области экономики нередко были авторами и этических концепций. Еще отец экономической науки Адам Смит писал о включенности экономики в социальную систему, где подлинной движущей силой является стремление каждого человека стать достойным членом общества. И между прочим, в своей первой работе по этике Адам Смит ясно заявлял о том, что законодателем нравственности является сам Бог.

Мы, люди старшего поколения, выросли в те годы, когда навязывались представления о свободных экономических отношениях как о «законе джунглей». Но социал-дарвинизм, возникший на основе мальтузианской теории в том виде, в котором ее критиковал Маркс, давно устарел. Послевоенная Европа частично восприняла идею социального государства и опиралась при этом в том числе на христианское наследие. Экономическая этика, этика научно-технического прогресса — все это стало частью европейской дискуссии в послевоенное время. Данные вопросы обсуждались в том числе в рамках межхристианского диалога, в котором я лично участвовал в течение нескольких десятилетий.

— То есть моральные нормы и ценности стимулируют развитие экономики?

— Одним из самых опасных факторов, тормозящих развитие экономики, является коррупция, которая может проявлять себя разными способами. В основе коррупции, как известно, лежит не законное, а чаще всего преступное использование материальных средств в целях личного обогащения. В Священном Писании мы находим многочисленные осуждения людей за неправедное обогащение, то есть, выражаясь простым языком, за воровство.

Развитие экономики немыслимо без труда. А книги Ветхого и Нового Завета содержат просто апологию труда. Собственно, в раю Бог поселяет человека, «чтобы возделывать и хранить его», то есть трудиться (Быт. 2:15). После изгнания из рая труд рассматривается как тяжелая, но заповеданная необходимость. Вся христианская цивилизация пропитана осуждением праздности, которая называется причиной множества грехов. Верующий человек призван к труду не только ради пропитания, но и ради исполнения заповеди Божией.

Развитая экономика — это та, которая оставляет как можно меньше пространства для бедности. Человек не должен оставаться безразличным к бедности других, это безальтернативно для христианина. Апостол Иоанн говорит: «Если же кто имеет достаток в мире, но, видя брата своего в нужде, затворяет от него сердце свое, — как пребывает в том любовь Божия?» (1 Ин. 3:17).

— Должна ли Церковь участвовать в борьбе с коррупцией?

— Инструмент борьбы, которым пользуется Церковь, — это слово. Непр